Андрей Рудской

Электричество и серебро Колымы

Продолжается наша дружба с петербургской компанией «Полиметалл», одной из крупнейших российских компаний, специализирующихся на добыче цветных металлов и, в первую очередь, - серебра. Сейчас специалисты подразделения «Полиметалла» - «Серебро Магадана» - разрабатывают месторождение «Терем» на Колыме. Долго вели его разведку, и вот теперь готовы приступить к добыче.



А добывать там много чего предстоит. На конференции «МАЙНЕКС Дальний Восток 2 018», в которой мы кстати, тоже принимали участие, замдиректора «Полиметалла» Сергей Петров рассказал, что ресурсы «Терема» по данным на начало этого года составляют 124 тонны серебра, 890 тонн свинца, 1 000 тонн цинка и 129 тонн меди. На самом деле, думаю, они намного больше, потому что это данные, конечно, точные, но предварительные. Перспективных ресурсов одного только серебра минимум в четыре раза больше.



Проблема в том, что «Терем» расположен в Омсукчанском районе Магаданской области, почти в сотне километров севернее поселка Дукат, в месте труднодоступном и удаленном от любых коммуникаций. Как следствие, электроэнергию, без которой невозможна разработка месторождения, там получить неоткуда. И единственный выход из положения – использование технологий распределенной генерации.

Несколько недель назад с производственной площадки НГ-Энерго на Колыму отправилась наша очередная дизель-генераторная установка - ЭНЕРГО-Д1000/6,3КН30 в блочно-модульном исполнении. Она станет основным источником электроснабжения месторождения. Для «Терема», разработка которого только-только начинается, такая электростанция – компактная, легкая, не требующая капитального фундамента для установки, - оптимальное решение.

Андрей Рудской

Распределенная генерация и электрификация всей страны

План электрификации всей страны, задуманный сто лет назад большевиками, пришедшими к власти в России, был прекрасен. Впрочем, прекрасен не как прикладная программа, а как мечта, как замечательная цель, к достижению которой следует стремиться изо всех сил, прилагая максимум усилий и используя все возможные ресурсы. Это воодушевляло и мотивировало, подстегивало, заставляло двигаться вперед: электрификация позволяла достичь нового, небывалого уровня жизни, увидеть будущее уже прямо сейчас, сегодня.



Хороший был план. Но, как ни печально, неосуществимый. Дело в том, что за его реализацию взялись по-крупному, перекраивая под него окружающий мир, рисуя картину крупными мазками: перекрывая реки, создавая рукотворные моря, строя гигантские ГЭС и ТЭЦ, пронзая тайгу и тундру многотысячекилометровыми линиями электропередач. Крупные мазки – это прекрасно. Но при таком подходе огромная часть картины остается незаполненной ничем. Что там говорить об отдельных деревнях и поселках, - целые регионы оставались в стороне от победного шествия электрификации по стране!

В результате, сегодня, когда со времен первых разговоров о ГОЭЛРО минул целый век, в России остались «энергетические острова» - огромные пространства, удаленные от централизованных энергосетей. Небольшая недоработка размером примерно с четверть континента. Туда просто не дотянулись советские ЛЭП. Ну, а после того, как СССР прекратил свое существование, исчезла даже надежда на это. В этих регионах по сей день используются старые электростанции на основе советских еще двигателей – устаревших, тяжелых, выработавших свой моторесурс. Они постоянно сбоят, вызывая отключения электричества, и местные жители вынуждены ставить у себя аварийные генераторы, чтобы не остаться без света. Когда едешь по Дальнему Востоку, по Камчатке, по Курилам, очень быстро привыкаешь к тому, что в каждом втором дворе стоит цистерна с соляркой. На всякий случай. А случай этот может произойти решительно когда угодно.

Сегодня способ решения этой проблемы – в развитии распределенной генерации. В том, чтобы в каждом отдаленном населенном пункте был свой надежный источник энергии. При этом нужно проанализировать потенциальные источники энергоносителей, чтобы отдаленные населенные пункты не были чрезмерно зависимы от поставок дизельного топлива. Современные генераторные установки способны работать как на тяжелом топливе – сырой товарной нефти, мазуте, - так и на биогазе, газе природном, или газе попутном. Да и обычные нынешние дизель-генераторы намного более эффективны, чем те, устаревшие, что стоят в большинстве населенных пунктов.

Это сегодня стали понемногу понимать на местах, заказывать современное оборудование, заменяя им устаревшие мощности. Так, скажем, модульные электростанции производства НГ-Энерго теперь обеспечивают электричеством и теплом город Оха на Сахалине, село Тиличики на Камчатке. Это, как мне кажется, одни из первых ласточек. Довольно скоро сфера ЖКХ отдаленных районов страны неминуемо обратится к технологиям распределенной генерации, к надежной и эффективной технике локальной энергетики. И это будет хорошим и правильным завершением столетней давности плана электрификации всей страны. Отличным воплощением давней мечты.

Якутия, Чукотка, Дальний Восток, - это те регионы, на которые нам предстоит обратить особое внимание. Наш фронт работ – именно там. Потому что везде, где живут люди, должны быть тепло и свет.

Андрей Рудской

Вторая очередь Новопортовской ГТЭС

То, что мы выиграли тендер на строительство второй очереди ГТЭС на месторождении Новопортовское, на Ямале, - одна из самых лучших новостей этого лета. Согласитесь, всегда хочется довести дело до конца, завершить работу, причем так, чтобы потом можно было вспоминать о ней с гордостью, и даже хвастаться ей временами. Ну, в самом деле, не каждый день «НГ-Энерго» доводится строить самую крупную электростанцию региона! Она уже и так самая мощная - 96 МВт, а после сдачи второй очереди будет 144 МВт мощностью. Этого должно хватить месторождению «на вырост», да еще останется местным заполярным поселкам тепла и энергии.



Надо сказать, это один из самых интересных наших объектов за последнее время.
Во-первых, потому что эта электростанция – часть большой системы, обслуживающей месторождение, и даже топливо для нее - попутный газ – добывается здесь же, вместе с нефтью. То есть с точки зрения энергетического менеджмента это объект уникальный: топливо практически ничего не стоит, и энергокомплекс работает исключительно «в плюс». В чистом виде торжество идеи распределенной генерации.
А во-вторых, потому что технологии строительства в условиях вечной мерзлоты – это отдельная тема для разговора, причем невероятно интересная. Новопортовская ГТЭС – это, наверное, самая технически сложная электростанция из всех, работающих на добывающих предприятиях России. Только для того, чтобы она просто стояла на своем месте, уже используется продвинутая технология – система термостабилизации грунта: вечная мерзлота – дама капризная, все, кто работал на Севере это знают отлично. Чуть больше нагрузка, чуть сильнее вибрация, чуть больше тепла выделилось, и все, - грунт «поплыл». Последствия могут быть просто катастрофическими. И это – только один из аспектов.

Ну, и, конечно, логистика в условиях Заполярья особая. Мы начинаем работы буквально через пару недель, 15 сентября, так что какую-то часть грузов – стройматериалов и оборудования – успеем завезти морем. Благо, в Новом порту в прошлом году достроили новый грузовой пирс, и с разгрузкой проблем не возникнет.



Но все равно придется очень многое везти на грузовиках по зимникам. А это – то еще приключение. Особенно, учитывая, что понятие трассы там весьма условное, особенно, когда ситуация как в песне у Высоцкого – «кругом пятьсот и к ночи точно заметет».

В общем, работа предстоит серьезная, интересная, требующая пристальнейшего внимания и нестандартных решений во всем – от доставки грузов до, собственно, строительства. Но к концу августа 2020-го мы ее закончим. Вот это – будет победа! Потому что такого объекта еще никто не строил. Мы – первые.

Андрей Рудской

Тяжелое топливо может сделать жизнь легче

Пару недель назад довелось отвечать на вопросы журналиста из «Делового Петербурга» относительно нашей работы по переоборудованию энергокомплекса на Ломоносовском ГОКе в Архангельской области. И один из вопросов был о том, зачем вообще переходить с дизельного топлива на тяжелое – мазут, или нефть. Ответ, на самом деле очень прост и понятен: для того, чтобы сократить операционные затраты.



Судите сами. Мазут стоит, как минимум, в два раза дешевле дизельного топлива. Учитывая, что стоимость топлива при эксплуатации электростанции достигает 80% от всего объема затрат, переход на тяжелое топливо – шаг более чем логичный. Мало того, в сегодняшнем технологическом цикле нефтепереработки он представляет собой, по факту, отходы производства. Многие НПЗ предпочитают его просто сжигать, чтобы не тратить время и ресурсы на его реализацию. А это значит, что при условии определенных договоренностей, цену можно снизить еще больше.

Ну, а если отвлечься от таких крупных наших проектов, как энергокомплексы на Ломоносовском ГОКе, или на Верхнемунском месторождении, и посмотреть на вопрос шире, станет понятно, что перевод электростанций на тяжелое топливо сегодня является мерой практически необходимой. У нас есть территории - особенно на Дальнем Востоке, - где себестоимость электроэнергии зашкаливает за 70 рублей за киловатт/час. Там в работают старые, еще советские военные дизельные генераторные установки, которые все уже, как говорится, дышат на ладан, латаются буквально на ходу. Эффективность у них невысокая, степень износа – уже запредельная, постоянно происходят утечки топлива, что сказывается самым пагубным образом на экологии и приводит к безумной себестоимости киловатт/часа. Разумеется, государство значительную часть затрат берет на себя, компенсируя цену электроэнергии для конечного потребителя, но ведь это – дополнительная и никому не нужная нагрузка на бюджет! Что же делать?

Во-первых, изучить возможность использования местных энергоресурсов. Очень часто оказывается, что где-нибудь рядом есть действующее нефтяное месторождение. Во-вторых, запланировать перевод ТЭС на тяжелое топливо. На нефть или мазут. Имея дизельную инфраструктуру, мы можем с уверенностью говорить о таком переходе. Современное оборудование это позволяет. В результате же можно уменьшить нагрузку на государственный бюджет и повысить уровень жизни граждан. Мазут, в отличие от дизельного топлива, не проливается, не испаряется, его невозможно (а, точнее, незачем) украсть для личных нужд. То же – и с нефтью.



Нет, разумеется, изначальные капиталовложения в мазутную станцию раза в два выше, чем в дизельную: тяжелое топливо нуждается в особых условиях хранения, подогреве и пр. Но, если учесть, что нормальный современный двигатель-мегаваттник «съедает» пять тонн солярки в сутки, можете посчитать, с какой скоростью все затраты окупятся. В зависимости от логистики, от региона, от удаленности населенного пункта от транспортных магистралей срок окупаемости будет порядка двух лет. А в дальнейшем можно будет подсчитывать чистую выгоду.

Короче говоря, переход на тяжелое топливо – это способ значительно облегчить жизнь людям. И предприятиям, разумеется, тоже.


#НГ_Энерго
#Распределеная_генерация
Андрей Рудской

Всего один процент

На протяжении второй половины июля и начала августа сразу в нескольких регионах России произошли пожары на полигонах ТБО, причем пожары серьезные. Их было тем сложнее тушить, что они сопровождались воспламенением свалочного газа. Так что вернемся к теме его переработки. Понятно, что у нас для реализации таких проектов нет пока соответствующей законодательной базы, но давайте посмотрим, как это происходит во всем мире.



То, что свалочный газ, образующийся на полигонах хранения твердых бытовых отходов, представляет собой не просто комплекс опасных и легко воспламеняемых веществ, но, по сути, биогаз, который можно не просто утилизировать, без всякой пользы сжигая в факельных установках, а перерабатывать, получая тепло и электроэнергию, - сегодня понятно, как мне кажется, всем. Разумеется, рыночное использование такого топлива в определенной мере сомнительно, так как стоимость природоохранных устройств на энергогенерирующих установках, предназначенных для его переработки, чрезмерно высока. Дело в том, что для использования свалочного газа в качестве топлива необходимо его сжать, а при компрессии он разогревается, причем значительно выше температуры самовоспламенения. Как следствие, необходимо учитывать энергопотери на охлаждение топлива. Тем не менее, даже при таком условии его переработка выгоднее, чем сжигание газа в факельных установках.

Порядка 80% полигонов ТБО, где на основе свалочного газа происходит генерация тепловой и электрической энергии, находятся в США, Великобритании и Германии. Причем большинство – около 400 – в США. Значительно стимулирует развитие этого направления то, что полигоны ТБО, перерабатывающие свалочный газ, с 1980 года получают значительные налоговые льготы. Всего за 4 года после введения такого правила число «свалочных» малых электростанций приблизилось к полусотне, и по сей день продолжает расти. Мало того, современные полигоны хранения ТБО изначально формируются таким образом, чтобы извлечение и переработка свалочного газа было максимально эффективным, заранее оснащаются трубопроводами, газовыми насосами и прочим оборудованием. К 2025 году в США планируют выйти на объем электроэнергии, получаемой из бытового мусора и свалочного газа, в 29 млрд кВт/час в год.

Немало аналогичных реализованных проектов в Великобритании, Германии, Нидерландах. Германия тут вообще рекордсмен – объем полезной переработки свалочного газа там составляет 400 миллионов кубометров в год. Даже в маленькой Дании есть пять таких электростанций. Но там – своя специфика: очень много электростанций, использующих биогаз, работают в животноводческих хозяйствах. Зато в Швеции на свалках вырабатывают тепло и электроэнергию 60 генераторных установок.

Тем не менее, не смотря на все эти весьма впечатляющие цифры, в мире сегодня перерабатывается только 1% выделяющегося свалочного газа. Ничтожная доля возобновляемого ресурса, правильное использование которого могло бы помочь сделать мир лучше. Как ни печально, нашего вклада даже в этом 1% пока что нет. Но ведь может быть, не так ли?


#НГ_Энерго, #Распределенная_генерация
Андрей Рудской

Дело к осени

В Петербурге – все еще лето. Жаркое, солнечное, почти южное. А на севере, в Архангельской области, позавчера были первые заморозки. Там теплое время пролетает так быстро, что и не заметишь. Так что если запланированы работы на летние месяцы, - нужно делать их быстро-быстро, а то можно опоздать на целый год.

(с)?

15 июля мы закончили переоборудование энергокомплекса на Ломоносовском ГОКе под Архангельском. Все оборудование работает штатно, осталось довести до ума мелкие детали и закончить благоустройство территории: все-таки стройка – это всегда стройка, и следы от нее оставлять совсем не хочется. В общем, можно констатировать факт: несмотря на то, что фронт работ был огромный, мы уложились в срок, и первое дыхание осени нас не пугает. А объект, на котором мы работали, выглядит вот так:







Отчасти завершать этот проект и уезжать даже грустно: ранней осенью здесь невероятно красиво. Темная бронза и золото на земле, пронзительная синева и грозная чернота на небе, птицы, улетающие на юг рваными треугольниками косяков.



Но, с другой стороны, это – далеко не последняя наша работа на Севере. НГ-Энерго предстоит строительство второй очереди ГТЭС на месторождении в Новом Порту, на Ямале. 15 сентября стартуем. Мы еще насмотримся и на золотую тундру, и на снежно белую. И работа будет хорошая и интересная.

(с)?
Андрей Рудской

Завершая «Шёлковый путь»

Вернулся с ралли-рейда «Шелковый путь». 3488 километров трассы, из которых 2327 - спец-участки.


Финишировали на 9 позиции. Вообще, шли на 4 место, но технические трудности не позволили достичь результата. А надежда была: за 140 километров до финиша мы были четвертыми. Я убедился, что мы можем на равных конкурировать с мировыми звездами ралли-рейдов: были отрезки, на которых наш экипаж лидировал с отрывом на протяжении 150 километров. Просто не повезло в этот раз. На первом этапе мы тащили на буксире соратников по гонке, на последнем уже мы сами были «на шнурке».
Что поразило – это взаимовыручка и взаимопомощь. Конечно, были и такие персонажи, для которых это – пустой звук, но целый ряд эпизодов позволяет говорить о том, что благородство и спортивные традиции на соревнованиях живут, как и прежде. В последний день на лиазоне французский экипаж заметил, что мы съехали на обочину и загорелись, - остановился, предложил помощь. И сколько я ни говорил, чтобы они не обращали на нас внимания и ехали дальше, не портили свой результат, они настояли на своем, взяли нас на буксир и 90 километров тащили до финиша. И таких ситуаций за соревнования было множество, - не только с нами. В целом, это было настоящее приключение.А продолжение - следует. Мы будем участвовать в Чемпионате России, так что в конце августа нас ждет трасса под Саратовом, а в конце сентября – в Крыму.


Да! Несмотря на то, что на «Шелковом пути» войти в пятерку нам не удалось, главный приз ждал меня по возвращении. Вернувшись из ралли-рейда я узнал, что НГ-Энерго выиграло тендер на строительство второй очереди ГТЭС на месторождении Новопортовское на Ямале.
Это значит, впереди не только интересные трассы, но и интересная работа.


Андрей Рудской

С прицелом на Дальний Восток

Сегодня попалась мне на глаза недавняя новость о том, что на Сахалине, в Охе, только-только закончился отопительный сезон. Все-таки размеры нашей страны поражают воображение: где-то – жара, как в Сахаре, а где-то только-только набралось пять относительно теплых дней подряд.



Оха - место знакомое, мы там работали в 2014-м году, ставили резервную станцию для Охинской ТЭЦ. Три с половиной мегаватта, в модульном исполнении, на базе двигателей Cummins.



Успешно завершили проект, станция заработала, все хорошо. Но вот что запомнилось, - так это сложность логистики. Все работы завязаны на сложнейшую логистику. Наши грузы мы везли сперва до Владивостока на поезде, потом паромом до Южносахалинска, а потом - по непростым сахалинским дорогам на грузовиках. Причем если с железной дорогой и автомобилями все более или менее ясно, то паром зависит от погоды, а она в тех краях непредсказуемая. В результате все планирование работ становится очень приблизительным.



И, тем не менее, работать с Сахалином и Курилами необходимо. Это ведь не просто острова в географическом понимании, это – «энергетические острова» с замкнутой, изолированной энергосистемой. Причем условия там таковы, что распределенная генерация – это едва ли не единственное решение. А нам, конечно, реализовать такие проекты очень интересно. Сами посудите: станция в 20МВт где-нибудь в Тюменской области – это просто очередной проект среди многих. А такая же, построенная для небольшого острова – это значимый объект уже в масштабах России, источник тепла и электричества для целого города. То есть проект и интересный, и полезный, улучшающий условия жизни множества людей.
Согласитесь, там, где отопительный сезон кончается в начале июля, с теплом и светом проблем быть не должно ни в коем случае.


#НГ_Энерго
#Распределенная_генерация
Андрей Рудской

Стартуем

Начало ралли-рейда «Шелковый путь».
В этом году он пройдет в два этапа. Сперва – от Астрахани до Москвы. Это 3500 километров через астраханские пески, калмыцкие степи и волгоградские лесостепи и среднерусские просторы, причем две трети этого расстояния – реальные трассы, очень непростые для прохождения. А осенью, в сентябре, пройдет китайский этап – по пустыне Гоби.



Первоначальные планы – проход от Сианя до Москвы - были, конечно, интереснее, но тут вмешались в дело разнообразные непреодолимые обстоятельства, с которыми никак не поспоришь, и организаторы были вынуждены все переиграть. Хотя, конечно, жалко.

Зато радует состав участников, будет с кем соревноваться. В списке просто легендарные товарищи – победители «Дакара», «Африки», предыдущих заходов «Шелкового пути». «Синяя армада» пойдет – команда из шести экипажей «КАМАЗ-мастера». В общем, будет и с кем соревноваться, и на кого посмотреть – в других классах.





За считанные часы до начала рейда, как обычно - напряжение нервов и мыслей. Этим-то участие в таких соревнованиях и ценно. Но все пройдет, как только окажешься за рулем. На смену волнению придет даже не спокойствие, а то, что на Востоке называется словом «сатори». И начнутся прекрасные семь дней «Шелкового пути», одни из лучших за это лето.

Встретимся через неделю в Москве. Пожелайте нам победы!

Андрей Рудской

«Свалочный» газ, законы и электричество

Приятную новость прочел в новостях на днях: на полигоне «Новоселки» в Выборгском районе в рамках программы рекультивации свалки обещают уже в этом году построить «станцию активной дегазации», причем именно такую, о какой я не так давно писал. Не стоит даже говорить о том, насколько это хорошо. Это значит, что ситуация сдвинулась с мертвой точки. Пока что не в масштабах России, конечно, но если проект будет реализован, у нас появится прецедент, на который можно опираться в дальнейшем.



Теперь нужно, чтобы продолжение последовало на федеральном уровне. А это уже, как я тут писал, проблема не технологическая, а политическая, и для ее решения необходимо внести изменения и уточнения в целый ряд существующих российских законов. Это работа сложная, требующая высокой компетенции, думаю, что когда дело сдвинется с мертвой точки, заниматься внесением необходимых изменений будут сразу несколько комитетов Государственной думы. Я примерно прикинул, какие конкретно это должны быть изменения и какие конкретно шаги нужно предпринять нашим законодателям. Фронт работ, конечно, гигантский. Но если эту работу проделать, в дальнейшем можно будет работать без помех и препятствий. Разумеется, я не юрист и, уж тем более, не законотворец, поэтому все это - мои личные "прикидки" и субъективное мнение. Но все же.

Для начала нужно ввести понятие «свалочный газ», потому что сегодня это – журналистский штамп, за которым ничего не стоит. Мало того, нужно выделить «свалочный» газ в один из факторов риска в статье 4.1 главы 1 Федерального закона «Об охране окружающей среды» от 10.01.2002 N 7-ФЗ. Это обозначит главный объект предстоящей законотворческой деятельности, сделает разговор предметным.

Дальше необходимо уточнение в разделе II, ст. 10.1 Закона РФ от 21.02.1992 N 2395-1 (ред. от 31.05.2018) "О недрах". Нужно разграничить полезные ископаемые и ресурсы, возникающие в ходе эксплуатации полигонов ТБО, вывести «свалочный» газ из списка полезных ископаемых, а его извлечение и переработку - за рамки понятия «пользование недрами». Еще одно уточнение нужно в Федеральном законе «Об отходах производства и потребления» от 24.06.1998 N 89-ФЗ. Следует четко определить, кто является собственником залегаемого и извлечённого «свалочного газа» и имеет право им распоряжаться, как ресурсом.

Но это – еще не сложности, - сложности начнутся дальше.
Необходимо внести уточнение в Федеральный закон "Об охране атмосферного воздуха" от 04.05.1999 N 96-ФЗ, в статью 18 главы 3, - регламентировать отдельным пунктом работы по рекультивации существующих полигонов хранения ТБО, обязав собственников и/или арендаторов полигонов в раках работ по рекультивации проводить обязательную дегазацию с последующей утилизацией «свалочного газа» путем выработки электрической энергии, а также тепловой энергии как побочного продукта. Сейчас таких правил нет, и это создает все те проблемы для местных жителей, о которых мы периодически читаем в СМИ.

Когда все это будет сделано, потребуется изменение в статье 22 третьей главы Федерального закона "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" от 30.03.1999 N 52-ФЗ. Нужно будет сформулировать для собственников и/или арендаторов полигонов хранения ТБО порядок рекультивации полигонов с обязательным строительством системы дегазации для последующей выработки электроэнергии. А еще – уточнение в статью 3 Федерального закона «Об электроэнергетике» от 26.03.2003 N 35-ФЗ, которое отнесет свалочный газ к возобновляемым источникам энергии. И в статью 32, исключив необходимость согласования источников электроэнергии, работающих на свалочном газе, с планом перспективного развития территорий.

Ну, и, наконец, придется что-то решать с порядком реализации выработанной электроэнергии - установить обоснованные тарифы для ее приобретения сетевыми компаниями и гарантирующими поставщиками.

Иными словами, решение проблемы лежит на поверхности. С точки зрения технологической оно достижимо уже сегодня. Прямо сейчас. Но необходимость создания законодательной базы тормозит процесс, так что приходится констатировать факт: раньше, чем через несколько лет мы этот вопрос, как ни жаль, не решим. Хотя… Может быть я зря настолько пессимистично смотрю на дело? Проект рекультивации полигона «Новоселки» внушает определенную надежду.



#Распределенная_генерация